Не обольщайтесь насчет инфляции

В последнее время на Slon.ru развернулась интересная дискуссия, посвященная различным аспектам настоящего и будущего монетарной политики Банка России. Стоит отметить, что время для такой дискуссии выбрано правильно: в настоящее время регулятор находится в процессе формирования принципов своей политики, которые должны стать базовыми на ближайшие годы в рамках перехода и проведения политики инфляционного таргетирования. Именно широкое обсуждение данных вопросов способно предостеречь регулятора от возможных ошибок. Вопрос, которому бы я хотел посвятить свой первый пост на Slon.ru: выбор ориентира для оценки уровня инфляции в экономике, используемый регулятором.

В конце прошлого года Росстат опубликовал информацию, что прирост индекса потребительских цен по итогам 2009 года достиг многолетнего минимума – 8,8%. В комментариях Банка России, публикуемых вслед за принятием решений по процентной политике, а также в интервью и заявлениях высокопоставленных чиновников, именно сводный индекс потребительских цен используется для оценки текущих инфляционных тенденций в экономике. Если же сопоставить уровень ставки рефинансирования и годовые значения индекса потребительской инфляции, то нетрудно заметить сильную корреляцию, появившуюся в 2009 году между двумя этими показателями. В ряде интервью председателя Банка России Сергея Игнатьева и его первого заместителя Алексея Улюкаева динамика процентных ставок и индекса потребительских цен связывалась напрямую.

По моему мнению, ориентация на общий индекс потребительских цен является неоптимальной и может привести к ошибочным решениям в области монетарной политики, и тем самым нарушить оптимальную траекторию экономического развития и инфляции.

Действительно, если детально взглянуть на составляющие общего индекса потребительских цен и пытаться выделить основные факторы его резкого замедления в 2009 году, то можно заметить, что факторы ужесточения монетарной политики в конце 2008 – начале 2009 года, а также глубокая рецессия в российской экономике были не единственными определяющими факторами.

Особенностью расчета индекса потребительских цен в России (как и в других странах с невысокими душевыми доходами) является высокая роль цен на продукты питания. Их доля в корзине, используемой для расчета индекса потребительских цен в России, достигает 37,7%. И именно падение мировых цен на продовольствие за последний год стало основной немонетарной причиной резкого снижения общего индекса потребительских цен. При этом очевидно, что изменения в монетарной политике Банка России не могут оказать существенного влияния на поведение, например, мировых цен на сахар или пшеницу.

Вторым волатильным товаром, цены на который так же слабо зависят от монетарной политики Банка России, являются цены на бензин. Если исключить две эти компоненты из расчета индекса потребительских цен, то станет очевидно, что инфляционное давление за последний год существенно снизилось, однако это снижение не выглядит настолько радужным по сравнению с анализом общего индекса потребительских цен.

На представленном графике видно, что колебания мировых цен на продовольствие и нефть привели к тому, что на протяжении 2008 года общий индекс потребительских цен значительно превышал индекс без бензина и продовольствия, а вот в 2009 году картина уже стала обратной.

Если динамика процентных ставок продолжит следовать динамике сводного индекса потребительских цен, то уже в первом полугодии (в течении которого сводный индекс благодаря эффекту базы опустится, по нашим оценкам, в диапазон 6,0–6,5% годовых) ставка рефинансирования окажется значительно ниже индекса потребительских цен без учета продуктов питания и бензина. Следствием этого уже к концу 2010 года у российской экономики могут вновь появиться явные признаки перегрева. В дальнейшем же очередная волна роста продовольственных цен приведет к завышению общим индексом потребительских цен реальной инфляционной картины, что может спровоцировать чрезмерно агрессивную реакцию Банка России, и на фоне достигнутого ранее перегрева экономики может спровоцировать искусственную рецессию во второй половине 2011 года.

Таким образом, использование сводного индекса потребительских цен в качестве ориентира при проведении политики приводит к росту волатильности решений монетарного регулятора, что, в свою очередь, повышает волатильность темпов экономического роста, а, следовательно, способствует появлению периодов перегрева и рецессий в экономической динамике. При этом мы не призываем использовать именно ИПЦ без учета продовольствия и бензина в качестве базового. Сводный ИПЦ может быть модифицирован иным способом, однако очевидно, что он должен соответствовать следующим критериям:

а) регистрировать динамику именно тех цен, на которые оказывает воздействие монетарная политика Банка России (то есть исключать цены на ряд заранее определенных товаров и эффекты от разовых событий, таких, например, как отмена или введение налога с продаж) и

б) быть достаточно простым, легко наблюдаемым и рассчитываемым по четко определенной методике, чтобы не допускать даже возможности подозревать регулятора в манипулировании данными.

Выбор способа оценки уровня инфляционного давления в экономике – не единственный вопрос, который, как мне кажется, решен в настоящее время неоптимальным способом. Но об этом – в следующих постах.